«Очерки о непридуманной трезвости». Очерк второй. Дима. 

……………………………….
Но делай всё, что от тебя возможно,
Когда приступит беззаконья тень.
А невозможное восполнит непреложно
Господь благословивший этот день.
……………………………………………………………….
Человек не ангел. Окрылённость человеческой души скрытая, но ощущаемая, тем не менее, каждым человеком хотя бы раз в жизни. И эта окрылённость выше ангельской, только нужно научиться жить этим Даром Божиим здесь, на земле, при «нелётной погоде» своего сердца.
Я и раньше замечал, как люди меняются, но почти не видел, как они светлееют прямо на глазах не от привалившего нежданно материального благополучия или повышения статуса в своём кругу общения, а от очищения своего внутреннего мира. Да и внутренний свет в человеке кардинально иной, нежели от излучаемого им довольства. Оказалось, просто нужно оказаться в сообществе людей, которые внутреннюю работу и неотъемлемо связанный с ней личностный рост сделали основным правилом каждого дня всей своей дальнейшей жизни.
Никто из нас не пришёл в это сообщество от большого счастья и почти все оказались на обочине социума вследствие своего хронического неумения адекватно воспринимать реальность, искажая её для себя с помощью алкоголя или наркотиков.
Дима, например, совсем не мечтал здесь оказаться, он и жить-то уже не хотел, но обещание, данное своему духовнику, удерживало его на протяжении всего срока реабилитации от желания прекратить нудное раскапывание своего внутреннего мира в поисках хоть чего-то ценного на дне большой выгребной ямы. О духовнике Димы нужно сказать особо: в 2003 году отец Вассиан сам подозвал одиноко сидевшего в храме парня с толстой золотой цепью на шее, которого тогда искала и милиция и бандиты. Зачем Дмитрий тогда зашёл в храм, он не понимает до сих пор - был какой-то внутренний порыв уставшего убегать от людей и от себя потерянного человека вынужденного жить по поддельным документам. Чуткое сердце священника сумело распознать и раскрыть нелюдимую больную душу, которая против вялой на тот момент воли Димы отозвалась на призыв рассказать о своей беде. Дима выложил незнакомому батюшке о себе всё почти бессознательно и слёзы облегчения смыли горечь расползавшейся по сознанию безнадёги. А отец Вассиан отложил все свои дела и занялся устройством чужого парня. Впрочем, для настоящего священника чужих не бывает.
Так Дима оказался в Алатыре, в монастыре у духовника отца Вассиана архимандрита Иеронима благословившего горемыку пожить в святом месте и возложить свои печали на Бога, неся в Его славу посильные труды в монастырском хозяйстве. В конце 90-х годов прошлого века и начале века нынешнего таких бедолаг было много в монастырях – переживали трудное время, отчасти воцерковлялись, кто-то даже оставался навсегда, принимая постриг и священный сан. Вот и Дима, обретя твёрдую почву под ногами, когда в его деле милиция нашла других виновных, а бандиты искавшие крайнего либо сели, либо умерли, хотел сначала связать свою жизнь с Церковью и поступить в Духовную Семинарию, но… Мир с его соблазнами не собирался отпускать Диму, а навыков соблюдать в себе доброе и полезное, обходя разрушающие пристрастия он в монастыре не получил. Его духовные руководители были благочестивы от юности в силу воспитания, а не в силу личного опыта преодоления пагубных страстей. И потому не могли научить тому, чего не умели сами. Их сострадательная молитва действовала, пока подопечный был рядом и не прекращал собственных усилий, которые нужно было ещё и развивать постоянно. А Дима решил, что пробыв в монастыре один раз месяц и второй раз полгода, он готов к дальнейшей трезвой христианской жизни.
Дым церковного кадила имеет свойство рассеиваться, а жизнь продолжала казаться налаженной, когда Дима стал позволять себе шашлык с пивом в воскресные дни вместо приобщения ко Христу через церковные Таинства. Никто его больше не удерживал от нового падения.
Сегодня Дмитрий оценивает тот момент, как прельщение, вкусив горькие плоды этого эйфорического состояния вернувшего его в ад употребления. И если бы не добрый Христов пастырь отец Вассиан, который не выпускал из поля своего зрения вновь заблудшего духовного чада, кто знает, где был бы сейчас Дима в очередном отчаянном состоянии?
Опытный духовник и мудрый монах понял, что в монастырях чего-то явно не хватает для становления зависимого алкоголика и наркомана на путь трезвения в современном мире, которому и сами монастыри отчасти принадлежат в своих связях и отношениях. Начались поиски подходящего места для полноценной реабилитации Дмитрия. В одном из православных реабилитационных центров Дима даже почти стал консультантом, но снова уехал навстречу знакомым граблям, которые щедро разбросаны по обочинам и развилкам абсолютно любых человеческих путей.
Обеспокоенный новым срывом духовного сына отец Вассиан лично приехал в Сологубовку и обстоятельно переговорил с руководством, консультантами и реабилитантами нашего РЦ, среди которых тогда находился и я, договорившись о приезде Дмитрия к нам. Потом Дима рассказал мне, что одним из доводов, которые приводил игумен Вассиан, склоняя его на реабилитацию, был факт, что даже иеродиакон там выздоравливает!
Моя реабилитация уже заканчивалась, когда к нам в малую группу определили только-что приехавшего новичка с колючим взглядом и недовольной физиономией. Помню, что он раскритиковал тогда мою обратную связь, которую я дал одному из братьев, а последующие его высказывания на итогах дня тоже не внушали оптимизма.
Но время шло. Обещание пройти реабилитацию до конца данное Димой отцу Вассиану, который душу в этого парня вложил и спасал его не раз, никак не могло быть нарушено. И Дима оттаял. Его ответственность и возраставшее день ото дня доверие к людям передававшим ему свой практический опыт трезвости в мыслях, словах и действиях дали свои результаты. Принадлежность РЦ «Сологубовка» к православию тоже послужила необходимым условием для этого человека. Он очень обрадовался и воодушевился, когда ему поручили благовествовать на колокольне нашего храма. Дима уезжал на социальную адаптацию (второй этап выздоровления) уже с желанием и уверенной надеждой вполне жизнерадостного человека решившего не останавливаться больше в спасительном трезвении.
P.S: Я искренне верю, что история Димы будет иметь доброе созидательное продолжение, может быть даже, в конце этой книги. Но помню также, что все мы, выздоравливающие алкоголики и наркоманы, до конца наших дней находимся в группе повышенного риска.
*******************************************************************
18.08.2018г. Иеродиакон Антоний (Давидюк)