«Очерки о непридуманной трезвости». Очерк шестой. Корни жизни против корней зависимости. 

……………………………………………………………………………………………………………
Не оторваться от корней
Тому, что в сердце мы имеем,
Когда мы этим сердцем греем
Холодный сумрак тленных дней.
………………………………………………………………………………………
Чтобы жить, необходимо ощущать свои корни в этой жизни. Даже срезанная веточка, поставленная в вазу с водой, пытается пустить какое-то подобие корней. И живёт недолго. А человек – странное творение, растущее корнями вверх, хотя, казалось бы, всё его родословие говорит об обратном. Но, если всё время смотреть только на свою наследственность, мы в лучшем случае увидим очень хорошую землю, на которой мы выросли, а в большинстве случаев и того уже не увидим. Мы наследуем в своих родственных корнях проблемы и трудности родителей, которые они не сумели решить потому, что не готовы были их решать. А человек рождается в мир беззащитным и степень его защиты, в том числе и от деструктивных проявлений окружающего мира, в дальнейшем напрямую зависит от тех, через кого он получил жизнь.
Наследственность Геннадия тяготила его с раннего детства. Папа и мама были ненамного старше своего сына и их семья, сколько помнит себя в детстве Геннадий, всё время преодолевала какие-то трудности. Ребёнок никогда не чувствовал себя хорошо и ему постоянно хотелось улучшить своё состояние за счёт других: отобрать что-нибудь у сверстников, залезть в чью-то форточку или показать своё физическое превосходство, чтобы боялись. К двенадцати годам этот внутренний дискомфорт возрос до того, что Геннадий, жутко боявшийся уколов, закрыл глаза и протянул руку для своего первого укола наркотиком.
С этого момента жизнь изменилась коренным образом. Героин резко поднял подавленное настроение Геннадия и все проблемы ушли, кроме одной – найти новую дозу. Достать и употребить стало смыслом существования и единственным приоритетным занятием. Периодически мама и бабушка Геннадия пытались вернуть его в трезвую жизнь с помощью традиционного лечения в наркодиспансере, но сам Геннадий, уступая на время мольбам родственников, не имел даже малейшего желания изменять свой образ жизни. Так продолжалось до двадцати восьми лет. Были уже в его биографии и тюрьма, и множественные госпитализации, и ночёвки в подвалах, и рождение сына в уже собственной деструктивной семье… Не было только понимания того, как можно жить иначе и не страдать при этом. Геннадия устраивала его жизнь, ему нравилось то, что с ним происходит. И даже, когда употребление было невозможно по причине крайней смертельной опасности, у него включалась некая психическая защита дававшая время и возможность пережить кризис без наркотика, чтобы потом начать снова.
Когда родился сын, у Геннадия даже после некоторого срока чистоты возникло странное желание совершить преступление и сесть в тюрьму – убежать от ответственности. Желание было диким и открывало корни его зависимости не в самом процессе употребления, а задолго до его начала - в безрадостном детстве. Теперь на своих лекциях по химической зависимости Геннадий часто говорит об этом, рисуя схему биохимических процессов в отделе мозга человека отвечающем за его эмоциональное состояние. Но прежде, чем разобраться в этом самому и помогать осознать другим, Геннадию пришлось совершать действия против своей воли наркомана, подчиняясь чудесным образом движению корней жизни в своей душе, о которых он тогда и не помышлял.
Рано или поздно страдание наркозависимого превышает эффект искусственной радости настолько, что человек начинает карабкаться из своего несостоявшегося «рая». Так случилось и с Геннадием. Идти было некуда, жизнь в подвале в ломках стала невыносимой… И Геннадий снова лёг в больницу. Только на этот раз решил остаться чистым, несмотря на то, что и в больнице в то время употребляли каждый день. Соблазн был велик, и пришлось соседям по палате поставить условие, что если процесс будет происходить при Геннадие, он вынужден будет «сдать» всех. Всерьёз это заявление никто не принял – такого ещё не случалось, чтобы наркоман, увидев возможность «вмазаться», отказался от участия. Но каким-то образом преодолев невыносимую тягу, Геннадий осуществил своё обещание. Сугубых нарушителей больничного режима выгнали, а на тюремную предъяву оставшихся нашёлся резонный ответ чистого Геннадия: «Я у вас ваш кайф не краду! Не крадите и вы мою возможность остаться чистым».
С этого момента началось выздоровление. Желание употреблять никуда не исчезло, но Геннадий начал активно искать альтернативу этому желанию и нашёл её, доверившись Богу или скорее: тому внутреннему человеку, который свои небесные корни ощущал теперь больше, чем земные. В группах Анонимных Наркоманов, в работе по программе «12 шагов», в семинарах и тренингах по преодолению химической зависимости Геннадий рос, как личность, и не мог не радоваться этому. Опыт совершенно другой радости, нежели наркотическая, созидал другого человека способного передать радость и другим и, в первую очередь, своей семье. И хотя Геннадий постоянно утверждает, что он тот же наркоман с приобретённым ВИЧ и тяжёлой наркоманской историей, что-то очень сильно изменилось в его личной схеме биохимических процессов. И он способен объяснить что именно и как тем, кому это необходимо. Когда я спросил его о том, что для него важнее: программа, которая в своих проверенных алгоритмах определяет альтернативные употреблению варианты поведения или всё же – люди научившиеся жить без наркотиков, он ёмко ответил: «Программа это и есть люди».
Так и есть. В православном Благотворительном Фонде «Диакония», куда Геннадия пригласили работать консультантом по химической зависимости, увидев его многолетнюю трезвость и стремление служить ближним, любую личность определяют её реальные действия. И есть только одна программа, которая объединяет здесь всё и всех – это Евангелие Христово. Ни одна из методик Фонда этой программе не противоречит.
Я хорошо запомнил, когда больше десяти лет назад архиерей, благословлявший начало моей миссионерской деятельности, сказал мне: «Никогда не говори людям того, чего не сказал бы Христос». И я за время собственной реабилитации и последующего сотрудничества с Фондом никогда не слышал от Геннадия слов, которые бы не мог сопоставить с Евангелием. Его история одна из многих, которые показывают, что Евангелие продолжается в наших конкретных судьбах: «слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют…» (Мф. 11;5).
А человеческие корни, растущие вверх, всегда оказываются сильнее нечеловеческих корней зависимости там, где мы соучаствуем в зарождающейся радости других людей.
………………………………………………………………………………………
08.10.2018 г. Иеродиакон Антоний (Давидюк).
#Диакония #Истории